Преподаватель вуза: учить студентов или быть «теснее к коллегам»?

Начало нынешнего учебного года в Тюменском государственном университете ознаменовано объявлением нового порядка конкурсного отбора научно-педагогических работников. Вуз пытается изменить кадровую политику с целью привлечения лучших сотрудников.

Для инициативных,  творческих, нестандартно мыслящих преподавателей откроются прекрасные возможности самореализации и профессионального роста, сообщает на сайте вуза управление информационной политики ТюмГУ. Теперь ключевую роль в процессе отбора будут играть не ученые советы институтов, а профильные кадровые комиссии,  сформированные из высококвалифицированных научно-педагогических работников институтов, а также внешних российских и зарубежных экспертов. С учетом того, что вуз вступил в приоритетную и амбициозную программу 5-100 и стремится стать конкурентоспособным на международном уровне, цель изменения кадровой политики более чем оправданна.

Но «прекрасные возможности самореализации и профессионального роста» преподавателей – это перспектива.  А как обстоят дела в действительности? Вот лишь один, но достаточно яркий, пример. Минувшим летом с кафедры искусств института психологии и педагогики (ИПиП) уволился преподаватель, с которым по результатам конкурсного отбора, проходившего в мае, университет заключил трудовой договор до 30 августа 2018 года. Причина увольнения? Судите сами.

%d0%ba%d0%b0%d1%80%d1%8c%d0%b5%d1%80%d0%bd%d0%b0%d1%8f-%d0%bb%d0%b5%d1%81%d1%82%d0%bd%d0%b8%d1%86%d0%b0

В 2014 году молодого преподавателя, только что окончившего аспирантуру и защитившего кандидатскую диссертацию, пригласила зав кафедрой, она же бывший руководитель дипломной работы нашего героя, Елена Колчанова. Пригласила преподавать предметы определенного профиля, прямо связанные и с темой его диплома и с темой кандидатской диссертации. К тому же молодой человек уже вел занятия по этим предметам, будучи аспирантом. В начале 2015 года в связи со структурными изменениями в институте и изменением названия кафедры все преподаватели проходили через конкурсный отбор.  Наш герой в то время уже получил диплом кандидата наук, имел более десяти научных публикаций, из них 5 – в журналах ВАК (Высшая аттестационная комиссия Минобрнауки), причем две – уже после защиты диссертации, и научно-педагогический стаж, с учетом обучения в очной аспирантуре, четыре года. По квалификационным требованиям, действовавшим в вузе, он вполне соответствовал должности доцента. Однако зав кафедрой по каким-то, лишь ей ведомым причинам, не сочла возможным представить его даже на должность старшего преподавателя. Ни на заседании кафедры, ни в разговорах с глазу на глаз она не объяснила свою точку зрения. Мол, нет, и все.

Члены ученого совета института немало удивились тому, что молодого преподавателя с таким «портфолио»  оставляют в ассистентах, не предъявляя при этом к нему никаких профессиональных претензий. Но зав кафедрой стояла на своем, без объяснения причин. Молодой ученый, не взирая на мнение ученого совета,  так и остался в должности ассистента. Правда, его спросили, не согласен ли он подождать до конца учебного года. А потом, мол…  А что ему оставалось делать?

Не станем вдаваться в подробности, но два учебных года наш герой числился в ассистентах, выполняя при этом нагрузку как минимум старшего преподавателя: читал лекции, принимал экзамены, руководил курсовыми и дипломными проектами. Как это свойственно увлеченным, творческим людям, он даже не замечал, что в экзаменационных ведомостях его обозначают старшим преподавателем. Обратил внимание на это лишь в нынешнем феврале. Спросил в учебной части, ему ответили, что ассистент не имеет права принимать  экзамены. (И уж тем более, как выяснилось, читать лекции и руководить дипломными работами).  И зарплата, оказывается, разная…

Но все уперлось во всевластное решение зав кафедрой: «не пущать» вверх по карьерной лестнице молодого преподавателя. Который, кстати, принес немало бонусов и кафедре и университету в целом еще со времен студенчества. Он – неоднократный победитель региональных, всероссийских и международных конкурсов в одной из сфер изобразительного искусства. То есть не только теоретически изучает данную область с позиции современных реалий (массового распространения компьютерных технологий), но и имеет практический, весьма успешный опыт. Кстати, и двое его студентов стали победителями в конкурсе 2014 года по инклюзивному образованию, а одна студентка в 2015 году вошла в число дипломантов Всероссийского конкурса «Новый взгляд», ее работы публиковались на сайте конкурса в числе лучших. 

Действия зав кафедрой почему-то поддержала директор института Людмила Волосникова. В прошлом сентябре наш герой случайно (подчеркиваем – случайно!) узнал, что представление на конкурс на должность старшего преподавателя, поданное на него в конце июня 2015 года и подписанное  г-жой Колчановой и г-жой Волосниковой, руководитель кафедры забрала из отдела кадров буквально через несколько дней. В ответ на вопрос, почему, ему было объявлено, что это – дисциплинарная мера.  Дескать, в последние дни перед отпуском (в начале июля) вместо того, чтобы сидеть на кафедре и ждать распоряжений заведующей, занимался работой над научной статьей (в личных интересах!), и тому подобное. Молодому преподавателю дали «исправительный срок» – до февраля 2016 года. Г-жа Колчанова так и заявила:

— У вас есть возможность до февраля проявить себя.

Директор добавила:

— У меня к вам рекомендации – осуществлять правильную коммуникацию. В отношении вашей профессиональной деятельности у меня нет никаких сомнений, но надо быть теснее к коллегам.

По логике обеих руководительниц получалось, что должность – это поощрение. За «правильную коммуникацию», за «тесноту с коллегами». А как же профессиональный уровень, квалификационные требования к должностям профессорско-преподавательского состава? И почему «дисциплинарная мера» была предпринята тайно и обнаружилась случайно?

В конце нынешнего мая (а не в феврале – видимо, к этому сроку еще не исправился, «не проявил себя») наш герой, наконец, с «высочайшего соизволения» зав кафедрой прошел конкурсный отбор на должность старшего преподавателя на полную ставку. Однако буквально через две недели зав кафедрой заявила, что нагрузка у него будет 0,2 ставки. Правда, в конце июня «исправилась» — нагрузка будет 0,8. Но предметы – не по его профилю. А куда же делись предметы, вести которые его пригласила два года назад г-жа Колчанова? Их постепенно передали другому преподавателю, без всяких степеней, научных статей и необходимого научно-педагогического стажа. Вероятно, по принципу одного из героев Грибоедова: «Ну как не порадеть родному человечку?» (Почти 200 лет назад написано, а как современно звучит!)

И наш герой вслед за знаменитым грибоедовским: «Служить бы рад, прислуживаться тошно», — решил развязаться с родной кафедрой, написал заявление об увольнении. В управлении по работе с персоналом выразили удивление: ведь он — единственный молодой ученый во всем институте психологии и педагогики. И уходит-то «в свободное плавание». Но, как оказалось, институту молодые ученые, взращенные в собственных стенах, не нужны.

Оставим за скобками психологические и личностные характеристики. Нас в данном случае интересует другое: есть ли в ТюмГУ объективные возможности у молодых сотрудников для самореализации и профессионального роста? Не можем говорить обо всем вузе, но отрицательный прецедент налицо. Мы, повторяем, привели подробно лишь один, наиболее яркий,  пример. Но знаем еще несколько подобных кадровых историй, когда молодые преподаватели ни за что, ни про что оказывались по инициативе руководителя кафедры искусств в крайне униженном положении и реальные возможности профессионального роста для них были закрыты. Во всяком случае, обязанность заведующего «создавать на кафедре атмосферу творческого поиска,  эмоционально-нравственного комфорта и заинтересованности в результатах труда» (из перечня квалификационных требований) г-жой Колчановой, как мы увидели, явно игнорируется.

Что ни говори, а всевластие заведующего кафедрой распространяется достаточно широко.  Именно он, по должностным обязанностям, руководит исполнением и даже формированием (!) учебного плана, распределяет нагрузку, определяет штатное расписание кафедры. И, значит, от его представления о профессиональном уровне (или о «правильной коммуникации»?) зависит должность и трудовая биография преподавателя.

%d1%80%d0%b5%d0%ba%d1%82%d0%be%d1%80-%d1%84%d0%b0%d0%bb%d1%8c%d0%ba%d0%be%d0%b2-%d0%b2%d0%bd_53-1024x681_result

Мы попросили прокомментировать ситуацию в ИПиП ректора ТюмГУ  Валерия Фалькова. Вот что он сказал:

— К сожалению, «всевластие руководителя кафедры», как вы говорите, распространено в системе высшего образования по всей России. Да, и должность, и нагрузка, и профессиональный рост преподавателя зависит от руководителя кафедры, в том числе, от его человеческих качеств, от его совести, порядочности. Мы внедряем новую систему кадрового отбора. Для участия в конкурсе претендент не должен будет обращаться к заведующему кафедрой. Он подаст документы в управление по работе с персоналом, пройдет через профильную комиссию, а избрание на должность будет проводиться на ученом совете университета. Таким образом, зав кафедрами не будут иметь к набору кадров прямого отношения. Участвовать в конкурсе смогут все желающие, и те, кто уже работает  в нашем университете, и претенденты из других вузов и даже городов.

Что ж, остается надеяться, что Тюменский госуниверситет станет одним из первых вузов страны, где будет изжито это явление – «всевластие зав кафедрами». Но пока маховик привычного положения дел раскрутится в другую сторону…

P.S. Когда материал уже был готов к печати, нам стало известно, что в университете объявлен конкурс на должности трех заведующих кафедрами института психологии и педагогики, в том числе, зав кафедрой искусств. Елена Колчанова в конкурсе участвовать не будет, сообщили нам, коллектив кафедры выдвинул другую кандидатуру. Таким образом, кадровый вопрос (конечно, не без вмешательства ректора, как мы полагаем) на кафедре искусств наметился к разрешению. Но, по нашему мнению,  и новые правила кадрового отбора в ТюмГУ не смогут стать стопроцентной страховкой от субъективного отношения к молодым, творческим, креативно мыслящим преподавателям. Гарантией тут могут быть лишь простые человеческие качества – совесть и порядочность руководителей кафедр, их способность создать в коллективе атмосферу эмоционально-нравственного комфорта и творческого поиска. Чтобы не повторялись истории, подобные рассказанной нами.

Анна БЕЛОВА

0