Тюменец чудом выжил после 7 ножевых ранений. Прошло 4 года: преступники – на свободе, автомобиль – угнан повторно

В редакцию PARK72.RU обратился житель города Тюмени, которого 4 года назад чуть не зарезали на улице Малиновского. Нападение не прошло бесследно. На руках и ногах мужчины остались шрамы от сквозных и проникающих ранений, мизинец на правой руке не разгибается из-за поврежденного сухожилия. Во время потасовки ему нанесли 7 ножевых ранений. Его автомобиль в ту страшную ночь угнали. Все фигуранты – от орудовавшего ножом до потенциальных угонщиков — были установлены, а участковый, опрашивая жильцов дома, даже нашел свидетеля, который наблюдал за происходящим из окна своей квартиры и снимал ЧП на видео… Тем не менее, до сих пор обидчики не привлечены к ответственности. Видеоматериалы к делу не приобщены. Расследование погрязло в волоките. Представители правоохранительных органов хотят закрыть дело, ссылаясь на истечение срока давности. Угнанный автомобиль был найден буквально через несколько дней после происшествия, но вместо того, чтобы после проведения экспертиз вернуть вещдок на ответственное хранение владельцу, его поместили на штрафстоянку. В этом году мужчина в очередной раз решил проведать свой автомобиль, но выяснилось, что тот исчез вместе со штрафстоянкой и «взявшие его на хранение» полицейские не могут пояснить, где он.

ЧП произошло на улице Малиновского, у круглосуточного магазина

«Халатность, волокита и нежелание работать, — так охарактеризовал действия правоохранительных органов в данной ситуации тюменский адвокат Владимир Дьяков. – Причем если на начальном этапе отработали хорошо – установили всех участников драки, лицо, наносившее удары ножом, и даже нашли свидетеля, который снимал происходящее под окнами на видео, то дознаватели – ровным счетом ничего не предприняли, чтобы привлечь преступников к ответственности. Напротив, экспертизы не проводились, свидетели – не допрашивались, улики – не изучались. Апофеозом стал повторный угон автомобиля моего подзащитного – со штрафстоянки, куда он был помещен как вещдок по уголовному делу и должен был охраняться».

Николай Кузьмичев уже 4 года ждет, когда тех, кто напал на него, привлекут к уголовной ответственности

Пострадавшего зовут Николай Кузьмичев. Сейчас ему 34 года. Четыре года назад, в 2014 году, он переехал в Тюмень, заселился в квартиру на Мысу. Ночью 20 июня 2014 года он с другом Русланом подъехал на автомобиле ВАЗ-21014 к круглосуточному магазину на улице Малиновского. Там проводила время незнакомая компания. Слово за слово – заговорили, начали вместе выпивать.

«Раньше мы с этими ребятами не были знакомы. Они поначалу не насторожили. Девчонки в компании были. Потом одному показалось, что я что-то «не то» кому-то из девушек сказал, он начал драться, пинать автомобиль. Я находился внутри – ко мне в салон влетел один из них и начал полосовать меня ножом. Я не давал ударить себя в тело, отбивался. Мне удалось выбраться наружу через пассажирскую дверь. Я побежал к одному из жилых домов, меня преследовали, кричали «Убью!»… Добежал до подъезда, стал звонить в случайные квартиры через домофон, просил вызвать «скорую», запустить в подъезд… Кто-то открыл мне дверь в подъезд… Я стучал в двери квартир, звал на помощь – потом потерял сознание. Видимо, от потери крови. Очнулся уже в больнице, — рассказал Николай. – Провел в палате около недели. Друзья сообщили мне, что мою машину нашли где-то в районе Гилевской рощи – с открученными номерами, разбитым лобовым, помятую и всю в крови. Причем не ясно, в чьей. То ли в моей, то ли они еще кого-то в ней порезали. Думаю, им изначально нужна была чужая машина, поэтому они и затеяли конфликт. Экспертизы по делу не проводили. Если бы проводили, то меня ознакомили бы с результатами. Когда я находился в больнице, ко мне приходил полицейский – брал объяснение. Потом я неоднократно ходил в отдел полиции №2, где велось расследование. Лица всех участников происходящих событий были установлены. Меня уверяли, что они уже задержаны и в ближайшее время материалы будут переданы в суд. Но этого так и не произошло. Причем изначально дело возбуждалось по угону, а потом – пообещали учесть и эпизод с нанесением телесных повреждений. Сейчас же, как мне пояснил дознаватель, уже истек срок давности и привлечь их за нанесение телесных повреждений невозможно. При этом не понятно, почему был сделал вывод о том, что мною были получены «легкие» повреждения, а не «средней тяжести», к примеру… Считаю, что своими действиями и проволочками полицейские позволяют уйти злоумышленникам от наказания. Автомобиль я неоднократно просил вернуть мне – чтобы восстановить и привести в порядок, но полицейские настаивали на том, что он как вещдок должен находится на ответственном хранении на штрафстоянке. Последний раз, когда я его видел на штрафстоянке, он был уже без колес и без лобового… Сейчас – автомобиля вообще нет».

Шрамы от колото-резанных ран еще видны. На правой руке из-за перерезанного сухожилия перестал разгибаться мизинец

На ногах было несколько сквозных ранений

Расследованием дела занимался отдел полиции №2.

Николай Кузмичев обращался в прокуратуру с жалобами на бездействие полиции и неправомерное приостановление расследования. Прокуратура – отменяла вынесенные решения о приостановлении расследования, а затем – выносила требование об устранении нарушений закона в адрес руководителя УМВД России по г. Тюмени.

Итог – почти нулевой.

Спустя 4 года права потерпевшего не защищены. Его автомобиль потерян полицией. Лица, которые нанесли ему телесные повреждения и угнали его автомобиль, по сути, освобождены от наказания и привлекать их к ответственности за «былые подвиги», по-видимому, правоохранители уже не планируют.

А зачем? Пусть ходят на свободе – кромсают под настроение кого-нибудь еще… Новое дело возбудят – пару лет бумажки со стола на стол поперекладывают – и снова все те же фигуранты смогут уйти от наказания в связи с истечением срока давности. Нерасторопный дознаватель снова лишь разведет руками и ехидно посмеется вслед потерпевшему.

Изучив материалы дела, Николай Кузмичев и его адвокат пришли к выводу, что расследование по делу все эти годы практически не велось.

Владимир Дьяков — адвокат пострадавшего

«По делу не допрошен основной свидетель, который был установлен участковым. Это молодой человек, который проживает в ближайшем доме на одном из верхних этажей. Он снимал происходящее на видео и был очевидцем событий. С него взяли объяснение (в нем он описывает приметы каждого участника потасовки, в том числе и нападавшего, а также детально рассказывает о том, как развивались события), но как свидетель он не был допрошен. Не был допрошен и один из участников событий – Рустам, друг обратившегося ко мне молодого человека, который присутствовал во время драки и угона. По уголовному делу не были проведены очные ставки ни с потерпевшим, ни со свидетелями. С места происшествия и разбитой машины были изъяты смывы следов, похожих на кровь, а также сняты отпечатки пальцев, тем не менее экспертизы проведены не были, поскольку потерпевший с назначением и заключением экспертиз не ознакомлен. Экспертиза тяжести вреда, который был нанесен здоровью моего подзащитного, также не проводилась. Возникает закономерный вопрос: почему вся эта работа не была проведена своевременно и почему виновные в совершении угона и нападения так и не были привлечены к уголовной ответственности? Кроме того, мы не согласны с квалификацией преступления. Дело заведено и расследуется по ч.1 ст. 166 УК РФ – угон без цели хищения, однако, исходя из показаний потерпевшего следует, что один из нападавших нанес ему перед тем, как завладеть автомашиной 7 ножевых ранений. Второй нападающий активно помогал первому и действовал с ним согласовано, соответственно, деяния следует квалифицировать по ч. 2 ст. 166 УК РФ – угон группой лиц с применением насилия или даже по ст. 162 УК РФ – разбой», — поясняет адвокат Владимир Дьяков.

В интересах потерпевшего адвокат направил жалобу прокурору Ленинского АО г. Тюмени и попросил взять расследование на личный контроль.

«Считаю несправедливым, что мои обидчики не будут привлечены к ответственности из-за того, что дознаватели затянули расследование, — говорит Николай. — Естественно, после того, как их вина будет доказана, я намерен взыскать моральный и материальный ущерб. Мне нужны деньги на операцию – из-за одного из ножевых ранений у меня пострадало сухожилие и мизинец на правой руке не разгибается. Конечно, это мешает – и на работе, и дома. Кроме того, считаю, что они должны восстановить мой автомобиль, который был ими разбит… Для этого, правда, нужно сначала его найти – полицейские не могут сказать, куда он исчез».

Мы продолжаем следить за развитием событий.

PARK72.RU

 

0